Поставить на крыло соколиную охоту

Наталья БОРОВАЯ
Почему так происходит, что древнейшая традиция кочевой культуры Средней Азии и Казахстана – охота с хищными птицами (в настоящем её понимании), у нас буквально выживает?
А то, что мы, зрители, порой видим на местных фестивалях, повергает в ужас не только иностранных гостей, но и не таких слабонервных казахстанцев?! А ведь ещё в 60–70-е годы прошлого века многие известные сегодня сокольники Европы бывали в Казахстане и перенимали опыт у наших аксакалов-беркутчи. Сегодня таких людей, у которых можно чему-то научиться, остались единицы.

Сохранение традиций своего народа само по себе необходимо, но кроме того, фестивали сокольников вполне могут быть одной из доходных статей отечественной индустрии туризма, как это происходит во многих странах мира, где охотничье искусство с ловчими птицами появилось гораздо позже, чем на территории сегодняшнего Казахстана. На наши же слёты беркутчи лучше пока никого не приглашать. Даже бесплатно.
Если, конечно, вы хотите, чтобы ваши друзья или иностранные партнёры по бизнесу избежали психологической травмы. Побывав на одном таком фестивале, я надолго закрыла для себя тему охоты с ловчими птицами, хотя временами меня и мучили угрызения совести, что мы не освещаем такое интересное, объёмное направление на страницах нашего журнала. Однако с этого номера мы открываем рубрику «Соколиная охота», где увлечённые хищными птицами люди смогут найти интересную и полезную для себя информацию. Что произошло? – спросите вы. Этой осенью я познакомилась с вице-президентом федерации «Буркытшы» Казахстанской ассоциации национальных видов спорта и помощником президента Международной ассоциации сокольников (IAF) по Центральной Азии и Казахстану Бахытом Карнакбаевым. Его внутренний огонь, энтузиазм, направленные на развитие и сохранение самобытной казахской традиции охоты с ловчими птицами в современном мире, передался и мне.
Именно Бахыт будет ведущим нашей новой рубрики. С его подачи мы будем освещать накопившиеся многочисленные проблемы по теме охоты с ловчими птицами, рассказывать о проводимых сокольниками мероприятиях как в Казахстане, так и за рубежом. Беседовать с известными сокольниками.
Бахыт, как вы увлеклись охотой с ловчими птицами?
– В нашей семье охотников не было. Я увлёкся ружейной охотой в начале 90-х годов. Ездили с друзьями на уток, фазанов, зайцев.
А в 1999-м познакомился с ныне покойным Усербаем Кадыркуловым. У него был домик в Мойынкумских песках, он там жил и пас скот. Именно Усербай стал моим первым учителем в охоте с ловчими птицами. Этот человек был просто кладезь народной мудрости. Сколько всего он мне поведал! О птицах, о беркутчи, об охоте. От него я узнал множество казахских пословиц и поговорок на тему хищных птиц. Вот, к примеру: «Буркыт кустын торесы» («Беркут хан среди птиц»), «Лашын аспанга ушса, буркыт жерге конады» («Сапсан взлетел к небу, беркут приземляется!»).
И много других. Все эти знания очень пригодились, когда мы начали работать над тем, чтобы ЮНЕСКО признало соколиную охоту частью нематериального культурного наследия человечества. Но это было позже, а тогда, в 1999-м, я стал активно искать любую информацию о хищных птицах. Нашёл книгу Ральфа Пфеффера «Птица на руке». Из неё узнал про известного казахстанского орнитолога Икара Бородихина, про казахстанского беркутчи Абылхака Турлыбаева и его старшего брата Абдуллу Турлыбаева. Месяц сидел, штудировал книги, «ходил» по Интернету, зарегистрировался на различных сайтах. Потом отправился в Алматы и познакомился с Абылхаком. Позднее познакомился с Ральфом и Икаром.
В скором времени на день рождения мой учитель Усербай подарил мне первого ястреба. Три месяца я выезжал с ним на охоту, тренировал его, а потом решил выступить с ним на соревнованиях. К несчастью, во время мероприятия, ночью, отвязался чужой беркут и разорвал моего ястреба… Но без птицы я уже жить не мог и вновь обзавёлся ястребом.
Почему ястреб, а не беркут или сокол?
– Ястреб более податлив в обучении, чем беркут. К тому же он не краснокнижный. Но я работал с птицей по древней традиции: осенью ловил ястреба, зиму охотился, а весной отпускал. Так ыло заведено у наших предков. Ястреб быстро дичает и уходит на гнездование в Северный Казахстан, на Алтай. Позже у меня были и соколы. У нас в Таразе действует ветлечебница «Айболит», куда часто приносят раненых хищных птиц (то машина собьёт, то в курятник залетит). Так вот, ребята-ветеринары, мои ученики по охоте, сразу звонят мне. Мы этих птиц смотрим, лечим, если они пригодны к охоте, оставляем для охоты или вылеченных отдаём через департамент охраны природы в Шымкентский зоопарк. Оттуда у меня было несколько соколов.

У вас очень мощная общественная деятельность. С чего всё началось?
– Началось всё с активного общения в Интернете с сокольниками из разных стран. За свои деньги стал посещать различныефестивали сокольников, совещания на тему охоты с ловчими птицами и представлять Казахстан на всех этих мероприятиях.
И в 2007 году мне предложили стать вице-президентом федерации «Буркытшы» Казахстанской ассоциации национальных видов спорта, а позже, в 2008-м, избрали помощником президента Международной ассоциации сокольников (IAF) по Центральной Азии и Казахстану. Должности эти неоплачиваемые.
Расскажите коротко о Международной ассоциации сокольников.
– Ассоциация сокольников-любителей имеет 43-летнюю историю. Это не коммерческая организация. В её состав входит 70 стран. Президент избирается сроком на два года, также работают два вице-президента: один курирует Американский континент, второй – Азию, Европу, Африку. IAF объединяет сокольников-любителей многих стран мира, занимается общественной работой – это юридическая помощь сокольникам, различные консультации, представляет сокольников на международных совещаниях охотничьих и природоохранных организаций, рекомендует, как действовать в тех или иных случаях. В некоторых западных странах запрещена охота с ловчими птицами. Например, в Швеции, Финляндии, Латвии и др. Но люди хотят заниматься с птицами, поэтому ищут поддержку в IAF. Ежегодно ассоциация проводит совещания в различных странах мира. Я уже успел побывать в Англии, Африке, Франции, в прошлом году в Словакии.
А кто организует фестивали сокольников? Я так понимаю, коммерческие структуры?
– В Англии прошло два международных фестиваля сокольников в 2007-м и в 2009-м, в этом году в декабре планируется провести третий фестиваль сокольников в ОА Э, в эмирате Аль-Айн. Периодичность фестивалей – один раз в два года, спонсируют в основном Клуб сокольников ОА Э, некоторые арабские страны, фонды, связанные с соколиной охотой, и Трест по наследию соколиной охоты, который находится в Англии, возглавляет его доктор Ник Фокс, этот трест и занимается организационными мероприятиями по подготовке фестиваля. IAF также всячески помогает в организационных вопросах и во время фестиваля проводит совещание сокольников всех стран.
Вернёмся к вашей общественной деятельности. Итак, в 2008 году в ЮАР вас избрали помощником президента IAF по странам Средней Азии и Казахстану. В чём заключается ваша работа?
– Пропагандировать соколиную охоту, находить на обозначеннойтерритории людей, занимающихся охотой с ловчими птицами, работать с сокольниками стран бывшего СССР и русскоговорящими сокольниками, объединять их. Так я побывал в Киргизии, познакомился там с президентом фонда «Жолчоро» Алмазом Акуновым. Ежегодно на Иссык-Куле или в Бишкеке Алмаз проводит несколько фестивалей «Салбурун». Здесь и охота с ловчими птицами и киргизской борзой тайганом, и стрельба из лука. Сегодня Киргизия тоже член IAF. Позже я нашёл узбекских и азербайджанских сокольников, ввёл их в IAF. Тесная связь также с клубом сокольников Туркменистана и его председателем Ата Эебердыевым. А в 2009 году на машине с Абылхаком, Усербаем, моим сыном Исламом мы отправились в Монголию и стали гостями на фестивале беркутчи в Баян Ульгий. И тоже убедили монгольских беркутчи войти в IAF. Постоянная тесная связь с сокольниками из России, Украины, Беларуси, Грузии, Армении, Башкирии, с соколиными питомниками из Алматы и нескольких городов России.
В 2010 году охота с ловчими птицами внесена в список нематериального культурного наследия человечества ЮНЕСКО. Это большое достижение.
– Да, подготовительная работа велась шесть лет. И результат был достигнут благодаря совместным усилиям Треста Ника Фокса, различных фондов, арабских клубов и IAF. Обидно, что Казахстан, имеющий глубокие корни охоты с хищными птицами, не вошёл в список подачи заявки в ЮНЕСКО на признание искусства Беркутши и Саятши как нематериального культурного наследия человечества! Хотя я несколько лет подряд обращался к министру культуры и премьер-министру РК, с тем чтобы наша страна подписала Международную конвенцию о культурном наследии человечества и тогда имела бы право голоса в обсуждении подобных вопросов.
Сокольники всего мира, и я в том числе, по крупицам собирали «доказательства» того, что охота с ловчими птицами это не варварство, не жестокое убийство животных, а нечто большее – искусство, сама жизнь многих народов в прошлом. А сегодня это древнейшая традиция, которую надо сохранить и возродить. В пример можно привести ещё одно нематериальное культурное наследие человечества – охота на китов малых народностей Северной Америки и Канады. Это их уклад жизни, создававшийся на протяжении веков. Без него сама жизнь этих народов невозможна. Праздники морских охотников также были связаны с производственной деятельностью и начинались с жертвоприношений в знак благодарности за успешную охоту. Наиболее важными среди них были праздник кита, первый спуск байдары на лёд, праздник моржа. Все праздники сопровождались состязаниями в беге, в борьбе, стрельбе, в подпрыгивании на шкуре моржа, в гонках на собаках и т. п. В качестве эксперимента старые охотники-китобои с максимальной точностью определили поголовье китов и их возраст во время миграции. Учёные же такие данные могли получить только со спутников.

Так вот в коллекции наших «доказательств» были представлены фольклор (пословицы, поговорки), народный промысел, изделия прикладного искусства (аксессуары, изделия из кожи, дерева). Удачные фото и видеокадры. Была проведена презентация, где рассказывалась история и о возрождении соколиной охоты.
Так, 16 ноября 2010 года на совещании ЮНЕСКО в Найроби большинством голосов соколиная охота была признана частью нематериального культурного наследия человечества.
Что даёт внесение охоты с ловчими птицами в список нематериального культурного наследия человечества?
– Сокольникам всего мира можно оперировать этим фактом в отстаивании своих прав.
Насколько я знаю, сегодня в Казахстане всего около 60 сокольников?
– Да. В основном это охотники с беркутом. Это очень мало. В маленькой Западной Монголии проживают компактно около 200 тысяч казахов, из них 450 человек – беркутчи. В Словакии, которая по территории занимает половину Жамбылской области, – порядка 500 сокольников. В Европе много частных питомников, где очень хорошо обращаются с птицами, разводят их и основной упор делается на реабилитацию раненых хищников. Допустим, в этом году сокольники Чехии вывели 100 птенцов беркута. Все птицы имеют документы, с ними можно охотиться. В Англии имеется свыше 20 клубов соколиной охоты, которые насчитывают 2500 членов. В США 4000 любителей хищных птиц, 2,5 тысячи из них имеют разрешения на охоту с птицами.
Сильные сокольники есть в Испании, Италии, Мексике, Португалии, Венгрии.
Получается, что сегодня в Казахстане охота с ловчими птицами пришлась не ко двору? В чём же дело? Может, популяризации препятствует наше законодательство?..
– Сложно сказать. Сами законы для соколиных охотников у нас неплохие. Но они не действуют. Получить разрешение на отлов хищной птицы по закону можно, но это как штурмом взять не-приступную крепость. Честно говоря, проще поймать и держать птицу вообще без разрешения и каких-либо документов, что повсеместно и происходит. Однако по европейским меркам – это просто браконьерство. Как с этим бороться, я не знаю. Можно приобрести птицу из питомника, но в Казахстане питомник всего один. На территории бывшего Союза он самый большой, цены там для простого человека высоковаты, но все птицы имеют документы и кольца.


Значит, на фестивалях, которые проходят в Казахстане, практически все птицы без документов, без ветеринарных справок и т. д.?
– Нет, не все. Но в нашей ситуации это не самое страшное. Практически утеряны традиции. Страшно, что многие наши сокольники вообще не знают, как обращаться с птицей, как оказать ей помощь, чем её кормить, как с ней охотиться. Птицы гибнут от болезней. Знающих людей единицы. Под патронажем Ассоциации национальных видов спорта проходят чемпионаты, фестивали, но они выполняют роль шоу. Как таковой охоты на диких животных не производится. Но даже шоу не получаются! Так как показательные выступления с атакой птицы на кроликов и лис нелицеприятны. А для многих людей, далёких от охоты, – ужасны! В результате мероприятие не достигает того, для чего оно проводилось, популярность таких мероприятий невелика. Более того, благодаря подобным шоу на живых домашних кроликов или лис и волков с перебитыми или связанными лапами, мы настраиваем против себя общественное мнение. По моему мнению, должно быть чёткое разграничение шоу и охоты. На фестивалях зрителям нужно показывать щадящие упражнения – прилёт на руку, на кусок шкуры или муляжа, элементы полёта и воздушных пируэтов. Можно также рассказать и показать виды хищных птиц, применяемых в охоте. А уже среди чемпионов проводить настоящую охоту, куда не надо приглашать большое количество зрителей.
В чём вы видите решение проблемы?
– Точного рецепта нет. Занятие соколиной охотой требует больших вложений, много времени и терпения. А главное – надо любить и понимать то, чем ты занимаешься. Птица это не преданная человеку собака, есть такая пословица: «Ит егесы ушын, кус тамагы ушын» («Собака работает ради хозяина, птица – только ради еды»).
В Европе всё строго. В Словакии в старших классах вместо природоведения есть предмет соколиной охоты, где изучают виды хищных птиц, их кормление, болезни, лечение и разведение. Молодого сокольника прикрепляют к опытному, он стажируется год, потом, если сдаёт охотминимум, ему доверят недорогую птицу (ястреба). И только через пару лет, если он зарекомендует себя хорошим охотником, ему выдадут разрешение на приобретение беркута или сокола. У нас такой структуры пока нет даже в проекте. Есть потуги образовать школы беркутчи при областных и сельских спортивных школах. Но я считаю, ещё очень рано. Ведь чтобы научить охотника обращаться с птицей, ему же нужна птица. А представляете, класс из 20 человек, и каждому надо дать птицу. А они в основном все занесены в Красную книгу. Если произойдёт какая-то ошибка, птица может погибнуть. Это же не секция бокса или футбола, где для тренировки нужны только мячи и перчатки. С птицей ошибка непростительна и губительна. Массовый подход нереален.
Скажите, если я всё же официально купила хищную птицу, то нужно ли разрешение на охоту с ней? Или я могу просто отправляться в поля в охотничий сезон без всяких документов?
– Разрешение берётся как на обычную охоту, помимо паспорта ловчей птицы ваша птица вносится в охотничий билет, где указан вид, возраст, кольцо или чип, также приобретаются путёвки или лицензии на дичь. Но есть в законах послабление для охоты с ловчей птицей. Охотничий сезон для такой охоты начинается раньше и кончается позже официальных сроков охоты, есть послабления в видах добычи, допустим, взяли путёвку на утку, а ловчая птица поймала фазана или взял на зайца, а беркут поймал лису, всё это вносится в отдельный пункт путёвки или лицензии и не считается правонарушением.
Этой осенью по вашей инициативе Казахстан посетили сокольники из Словакии под эгидой IAF. С какой целью они приезжали в нашу страну и что вы можете сказать по итогам их визита?
– Это специалисты высочайшего уровня: вице-президент словацкого клуба Алоиз Кашшак, старейший беркутчи и разводчик Мирослав Миценко, сильный беркутчи и разводчик Любомир Энглер и преподаватель Университета ветеринарии в городе Кошице доктор Ладислав Молнар. Ладислав десять лет проработал в арабских странах с дикими животными, основное направление – хищные птицы. При спонсировании шейхов в Эмиратах было открыто два соколиных госпиталя в Дубае и Абу-Даби оснащённые по последнему слову науки и техники.
Главная цель нашего мероприятия – поделиться опытом. Мы провели встречи-семинары для ветеринаров, сокольников в городах Казахстана – Алматы, Усть-Каменогорске, Астане, Таразе и в Кыргызстане на Иссык-Куле, где словаки рассказывали о болезнях и лечении хищных птиц, об их анатомии, питании, тренировках.
Кроме того, речь шла и о разведении хищных птиц. На семинарах присутствовали ветеринары, работники зоопарков, беркутчи и любители птиц, из российского Екатеринбурга прилетел один сокольник из питомника «Холзан». Запомнился семинар, проведённый для наших беркутчи в походных условиях, в юрте в районе Усть-Каменогорска, во время фестиваля по национальным видам спорта. В Таразе, в клинике «Айболит», Ладиславом с нашими ветеринарами спонтанно была проведена операция переломавшей ноги прирученной косуле. Такого можно было не допустить, если бы люди имели опыт содержания дикого животного в неволе. Для клиники «Айболит» это был первый опыт.

Каких птиц вы держите сейчас?
– Многие спрашивают, скольких птиц я держу, и не догадываются, что это значит – содержать и тренировать даже одну хищную птицу. После увиденной охоты тоже хотят стать сокольниками, но, послушав мои рассказы о кормлении, тренировках с птицей и массе времени, уходящем на эти занятия, охладевают. Уже год у меня живёт беркут. Я пробую возродить национальную охоту с казахской борзой тазы и киргизской борзой тайганом. Раньше птица работала в паре с борзой. Собака выгоняет дичь, а птица нападает. Я уже ставил работать сокола, ястреба с тазы, но самое сложное – это работа пары беркут и тазы. Надеюсь, что этой зимой нас ждёт настоящая охота.

Фото Игоря ЛОГВИНА
и из архива Бахыта КАРНАКБАЕВА

Комментарии

  1.  

    Здраствуйте я сокольник из Душанбе последний из сокольников , хотел бы с вами связатся по вопросу вступлению в секции сокольников

  2. ОтветитьНаталья Боровая, редактор
     

    Маруф, здравствуйте! Напишите мне на почту Natalya@veters.kz или Borovaya_vs@mail.ru
    Я постараюсь Вам помочь.

Ваш комментарий